February 27th, 2013

манеев

Италия, Базиликата: день второй (Матера, ч.2)

Закончив со скальными церквями, зашли в небольшой музей Каза Гротта - бывшее жилище-сассо. Таких музеев в Матере, насколько мне известно, несколько, но мы ограничились посещением одного.
Надо сказать, что, несмотря на немалые размеры помещения, впечатление цивилизованного жилища сассо не производит. Во-первых, обитали здесь люди вместе с домашними животными: в углу было стойло для крупного скота, под кроватью жили куры и т.п. Во-вторых, странно смотрятся неровные стены и потолок - пещера есть пещера. Ну и мало того, что удобств никаких, так еще и источников воды в Матере не было, потому приходилось собирать дождевую воду (под каждым жилищем был специальный резервуар).

Говоря о Матере, невозможно не вспомнить Карло Леви - писателя и художника из Пьемонта, коммуниста по убеждениям, сосланного в 1935г в эти края мусолиниевским правительством. В Альяно (место ссылки писателя, что в 80 км от Матеры) есть музей Карло Леви, там же он и похоронен. В его самой известной книге "Христос остановился в Эболи" есть совершенно душераздирающее описание Матеры (приводится как рассказ сестры писателя, приехавшей навестить его в ссылке):

"На склоне обрыва и находился город. Но сверху, с того места, где я стояла, почти ничего не было видно, так как обрыв был очень крутым, почти отвесным. Наклонившись, я смогла увидеть только выступы, которые скрывали теснящиеся под ними дома. На первый взгляд это была гора серо-бурого цвета; ни единого деревца, только камни да выжженная солнцем земля. Внизу текла мелководная речонка Гравина. Грязная вода застаивалась среди загромождавших русло камней. От нее поднималось тяжелое зловоние. На дне ущелья высились две огромные конусообразные скалы. У подножья их белела церковь Санта-Мария-д'Идрис. Она казалась ушедшей в землю. Ущелье наводило на мысль о дантовом аде - таким мы представляли его себе, учась в школе. Я начала спускаться по извилистой, крутой тропинке. Петляя, она вела вниз по крышам домов, если можно назвать так эти жилища. То были вырытые в глине пещеры. У каждой был фасад, иногда даже украшенный орнаментом. По узкой полоске между жилищами и краем склона проходят улочки, Для тех, кто живет наверху, они служат мостовой, а для тех, кто внизу - крышей.
Из-за жары двери были распахнуты, и я, проходя, заглядывала внутрь. Свет и воздух проникал в пещеры только через дверь. Некоторые пещеры не имели дверей и в них попадали сверху, спускаясь по лестнице через отверстие в крыше. Внутри этих черных ям с земляными стенам,и я видела кровати, жалкую мебель, развешанное на веревках тряпье. На полу лежали собаки, овцы, козы, свиньи. Здесь очень много детей. Они ползают, облепленные мухами, в пыли, голые или в лохмотьях. Такой нищеты я нигде не видела, хотя зрелище нищеты для меня привычно. У большинства детей были большие, вздутые животы и желтые, со страдальческим выражением лица маляриков. Мне показалось, что я попала в город, пораженный чумой.
Я продолжала спускаться все ниже вглубь этого колодца, к церкви, а за мной на небольшом расстоянии следовала стайка детей. Число их постепенно возрастало. Они что-то кричали, но я не могла понять странного диалекта, на котором они говорили. Я подумала, что они просят милостыню, и, только остановившись, разобрала слова, которые они кричали уже хором: "Синьорина, дайте кини! Синьорина, дайте кини!» Я раздала мелочь, которая у меня была с собой, но это было не то, что они хотели, и они печально и настойчиво продолжали просить хинин. В сопровождении детей я дошла до дна ущелья, до того места, где стояла церковь. Подняв глаза, я, наконец, увидела всю Матеру, расположенную на кру­том склоне. Отсюда она выглядела почти настоящим городом. Белые, выстроившиеся ровными рядами пещеры напоминали фасады домов. Темные дыры дверей, казалось, смотрели на меня черными глазами..."

Когда я читала книгу, это описание меня совершенно потрясло. Вроде бы не нам удивляться: ведь и русская деревня особенно никогда не шиковала - но, согласитесь, такие ужасы здесь обычно не практиковались. Тем более, любопытно было посмотреть, во что город превратился сейчас.

Надо сказать, что Матера, благодаря своему рельефу, одно из старейших поселений человека на территории Европы. Но если во времена палеолита пещеры представлялись приемлемым жилищем, то в середине ХХв, уже после выхода книги Леви, когда в итальянской прессе появилась масса материалов о современных троглодитах и условиях их жизни, сасси стали считаться чуть ли не позором нации. Была осуществлена целая кампания по переселению (иногда насильственному - некоторые не хотели уезжать) пещерных жителей в новые дома на окраинах Матеры - к концу 60-х годов она был практически завершена, но сами пещеры, слава богу, не бросили на произвол судьбы - большую их часть раздали всяким фондам, музеям и прочим организациям, благодаря чему сейчас центр Матеры пребывает в весьма багоустроенном состоянии. До сих пор в некоторых сасси живут люди, хотя уровень комфорта там уже, конечно, совсем иной.


То самое ущелье с речкой Гравина и городом над ним.

Collapse )

Парадные центральные площади и улицы города застроены обычными для итальянского Юга барочными церквями и особняками, в одном из которых (палаццо Ланфранки), располагается большой и довольно интересный художественный музей. Здесь помимо фресок, картин и скульптуры из местных церквей и художественной коллекции Камилло д'Эрико (неплохое собрание неаполитанской живописи, который мы, правда, потом еще увидим великое множество), можно ознакомиться также с картинами Карло Леви и южноитальянских художников ХХв.


Барочное палаццо дель Седиле (XVIIв, перестроено в XVIIIв) - место заседания местного парламента (институциональный орган, существовавший в Матере аж с 1540г).

Collapse )

Напоследок мы еще немного прошлись по улицам Матеры, где даже были открыты несколько сувенирных и прочих магазинов, и отправились на станцию к ближайшему поезду до Бари.